На сцене идет спектакль. Он идёт очень долго, а, может, и не очень. Потому что понятия долго и недолго – понятия относительные. Кому как. По ходу действия спектакля меняются декорации. Одна эпоха сменяет другую. Мелькают лица, судьбы. Действующих лиц очень много. Каждый играет свою роль.
Кто-то играл раньше шута, кто-то царедворца, крестьянина, воина, разбойника… Сейчас на сцене министры, парламентарии, безработные, люди различных профессий, бомжи и «новые украинцы». Периодически те или иные персонажи исчезают со сцены, появляются другие – и так до конца пьесы.
Когда наступит конец, никто не знает. Но он будет обязательно. У пьесы есть свой режиссер-постановщик, он следит за спектаклем и помогает актерам. У каждого актера своя роль, но режиссером дана полная свобода к импровизации. Каждый играет так, как захочет.
Этот спектакль называется «Жизнь», а актеры – мы с вами. Беда в том, что мы «заигрались» и забыли обо всём. Забыли о том, что наша роль не вечна и что мы тоже сойдем со сцены. Забыли о том, что наряды и роли нам даны не навсегда. С нас их когда-нибудь снимут. И каждый, независимо от той роли, которую он играл, будь он хоть императором, президентом или дворником, останется в том, в чём он и начинал свою роль на сцене, то есть голым.
По причине такой странной забывчивости на сцене происходят странные вещи. Каждый пытается обстроиться на сцене навечно, т.е. прочно и основательно. А когда из-за кулис выходит служащий и говорит, что пора убираться со сцены, это вызывает шок и панику. Несмотря на всевозможные попытки артиста продлить своё пребывание на сцене, с неё все-таки стаскивают. Почему-то остальных это не впечатляет. Хотя они все знают, в теории, что их тоже когда-то попросят за кулисы, но считают, что на практике это будет не так скоро, чтоб об этом сейчас задумываться.
Играть артисты начинают сразу же, как только появляются на подмостках. Сначала это игрушечные машины, деньги, пистолетики, кубики... Игрушки увеличиваются в размерах пропорционально увеличению роста и возраста их обладателей. Машинки становятся побольше. Домики из кубиков превращаются в коттеджи. Оружие приобретает способность убивать по-настоящему.
Удивительно то, что артисты зачастую не видят друг друга. Везде они видят только своё отражение. Что обо мне подумают, что скажут, какое я произвел впечатление, т. е. как я отразилась в том или ином человеке. Вокруг не люди, а зеркала, в которых отражается моё собственное Я. Особенно ценно, если на артисте много украшений. Он тогда начинает себя любить еще больше. У папуасов это выражается в большом количестве перьев на голове, у ученых – в званиях, у спортсменов – в медалях на шее, у людей некнижных – в большом количестве бумажных фантиков. Это ценится всеми. Их нельзя есть, ими нельзя укрыться от холода или зноя, но можно накупить много нужных и ненужных игрушек. Само обладание такой возможностью доставляет артистам большое утешение и наивно радует. Правда, когда ухудшается здоровье артиста, он вспоминает, что, может, скоро придется уходить со сцены. Он начинает больше денег ценить вещи уже более значимые – здоровье, возможность жить и дышать. Но это случается крайне редко и, как правило, перед уходом за кулисы.
Наблюдать за жизнью на этой сцене интересно. Она полна драматизма, накала страстей и самых неожиданных поворотов событий и судеб. Об этом можно много писать. Но вот что важно – очень часто, почти всегда, роль обрывается внезапно.
...Меня часто завораживает кладбище. Каждая могила хранит в себе тайну. Тайну жизни. Под каждой могилой судьба. История рождения, боли, страдания, радости, горя и... последний опыт умирания и смерти. За каждым холмиком своя история.
Странное существо человек. Почему мы так мало задумываемся о своем месте, о смысле той роли, которую мы играем, о той задаче, которую перед нами ставит та или иная роль? О той ответственности, которую она в себе несёт? Да хотя бы уж о том, что и играть эту роль нам придется не так уж долго...
Режиссер предупредил: каждая роль – только подготовка, только репетиция, только стартовая площадка. Она дана не навсегда, только на время. Все вещи на сцене – не настоящие, а только декорации, муляжи. Все это пойдёт после спектакля в печку. Настоящим может быть только то, что вечно…
И задача каждого не в том, чтобы просидеть как можно дольше на сцене, не в том, чтобы устраиваться там основательно. И не в том, чтобы собрать как можно больше фантиков, на которые можно купить так много новых интересных игрушек. Вовсе нет – дело в другом. Роль чему-то должна нас научить, к чему-то подготовить. Дать возможность развиться чему-то такому, что даст возможность полноценно жить в вечности. Жизнь от роли отличается тем, что жизнь никогда не закончится, а роль имеет свой конец. Но от сыгранной роли прямо зависит качество будущей жизни.
Если бы мы вдумались в это серьезно и основательно, то с какой бережностью и трепетом жили бы на этой временной сцене. Как бы ценили каждый день! Как вдумчиво, ответственно относились ко всему, что происходит с нами, к каждому нашему слову, мысли, чувству. Ведь за каждое слово мы будем судимы. Ведь каждое мгновение пережитого опыта определяет нашу вечную настоящую участь.
Но мы почему-то живем как в тумане…
Комментариев нет:
Отправить комментарий